Самое длинное путешествие

Записки интроверта

История Хассера

Posted by akkalagara на 2007-04-06

— Их огонь жжет непрестанно. Он все время внутри меня, — Хассер принялся царапать пальцами грудь, словно и правда хотел выпустить наружу терзавшее его пламя.

— Расскажи мне о них, — шепнул Арль, прислонившись лбом к прохладной решетке.

Хассер стоял напротив, вцепившись обеими руками в железные прутья, почти повиснув на них.

— Они горячие, — сказал он наконец, глядя куда-то в пустоту, — такие горячие, что к ним больно подойти. Они сочатся пламенем, и пламя стекает по ним темными каплями. А по ту сторону… — Он прервался на сгновение. — По ту сторону бушует целый океан пламени. Я трижды видел, как открывались Врата. И каждый раз из них вырывался поток этого огня — такой… такой страшный… такой сильный… такой прекрасный…

В лунном свете Арль увидел, как его щекам сбегат слезы. Прутья решетки, за которые он держался, нагрелись докрасна и задымились.

Хассер в задумчивости жёг спички. Он брал спичку двумя пальцами, глядел на нее долгим пристальным взглядо, и та вспыхивала с лёгким шипением. Маленький огонёк карабкался по ней вверх, добирался до кончиков его пальцев и угасал. Скрюченный трупик спички ложился на его широкую ладонь, она сжималась в кулак, расправлялась — и щепотка черной пыли слетала на пол. А Хассер брал из коробка следующую спичку.

— Что ты делаешь? — спросила Борна.

— Я голоден, — глухо ответил Хассер, — я очень голоден.

Он потянулся за новой спичкой, но коробок оказался пуст. Хассер взял его в руку и принялся крутить меж пальцев — сначала медленно, потом быстрее и быстрее — пока тот не вспыхнул. Коробок быстро обугливался, и пока он не сгорел полностью, Хассер смял его: крошечный лепесток пламени распластался по его черной ладони и исчез, словно впитанный ею.

Последние крупинки пепла слетели с его ладоней и Хассер обвел кухню голодным взглядом.

— Тебе нужен огонь? — снова спросила Борна, с интересом следившая за его действиями.

— Да дитя, — отозвался Хассер, — мне нужен огонь.

Он повернулся к Борне и уставился на нее:

— А у тебя есть?

Борне показалось, что в его темных глазах, в самой глубине вспыхнули и погасли крошечные огоньки. Нет, это лампа в коридоре отразилась в его глазах.

— Есть, — кивнула она, — возьми, — и протянула ему зажигалку.

Хассер смерил блестящую вещицу взглядом.

— Да, — прошептал он, — тут есть огонь. Но как его извлечь?..

— Нажми на кнопку, — показала ему Борна, — вот тут.

Над зажигалкой взвился язычок пламени.

Лицо Хассера озарилось улыбкой.

— Спасибо, дитя, — произнес он шёпотом, как будто бы боялся спугнуть только что возникший огонь, — я не забуду этого.

Он наклонил зажигалку вверх ногами, отчего её огонек чуть затрепетал, и приблизил почти вплотную к другой руке. Пламя стекало с зажигалки и распластывалось по его коже, растекалось по ней и растворялось, исчезало в ее порах. Хассер прикрыл глаза, лицо его стало мягче и добрее. Впервые он выглядел счастливым.

Хассер вышел затемно. Бесшумно он выбрался из дома, никого не разбудив, и стремительной летящей походкой, почти бегом направился в сторону луга. Его сапоги тихонько стучали по каменной дорожке, легко поскрипывали по сырой земле, почти неслышно шуршали по траве. Выйдя на луг, он остановился, собираясь с мыслями.

Он стоял долго, глядя на медленно бледнеющее небо, на темные силуэты домов позади, на туман, стелящийся по траве. Стоял, чтобы убедиться, что все осталось как прежде. И в самом деле — вскоре трава вокруг него чуть пожухла. Хассер знал, что стоит ему простоять тут еще немного, и она пожелтеет, как в сильную жару. Потом ее кончики начнут чернеть. А в конце концов она выгорит вся, подчистую, оставив широкий ровный круг, присыпанный золой и пеплом. Так случалось всегда.

Тяжело вздохнув, Хассер поспешил дальше — широким шагом, не задерживаясь более, чтобы не оставлять на траве следов. Он двигался к холмам, видневшимся на горизонте. Трава на его пути становилась все гуще и все выше, когда он оказался у подножия холма, она была ему уже по пояс. Стебли ее и листья были мокрыми от росы, но на нем самом не осталось и капельки.

Он взбежал на вершину холма, уже освещенную восходящим солнцем, и замер там на мгновенье. Склон перед ним был покрыт изумрудной зеленью, сапфирами и рубинами распускались в ней полевые цветы, и бриллиантами сверкали на солнце росинки.

Хассер спустился чуть ниже по склону, присел на корточки перед огненно-красным цветком, оглядел его, и не найдя изъянов, сорвал у самого основания.

Это оказалось гораздо тяжелее, чем он думал прежде.

Хассер держал цветок двумя руками, не сводя с него глаз. От напряжения руки его дрожали, на лбу выступила испарина, ноги едва не подкашивались — ему пришлось сесть на торчащий из земли валун, чтобы не упасть.

Но все усилия оказались тщетными. Сначала с цветка исчезли капельки росы. Потом обмягли и повисли его ярко-красные лепестки, опустились вниз зеленые листочки. Когда они из зеленых превратились в бурые, Хассер потерял терпение и отбросил цветок в сторону — белым пеплом тот осыпался на землю. Хассер же, поднявшись со своего валуна, сорвал следующий, и снова уставился на него тяжелым ждущим взглядом, изо всех сил стараясь сдержать рвущийся наружу огонь.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s